Мы продолжаем проект «Атлас смыслов», в рамках которого «Клуб Регионов» пытается зафиксировать содержательные моменты политического дискурса в год больших выборов.

В первом и втором выпусках нашего атласа мы разбирали, что на деле представляет из себя социальная архитектура; что происходит с «духом Анкориджа» и как он влияет на внутреннюю политику; как федеральный центр устанавливает золотой стандарт отношения к СВО; что происходит с моделью назначения губернаторов и так далее.

Зачем это всё? В рамках этого проекта мы пытаемся разглядеть за событиями, которые видны каждому, их глубинные первопричины и реальные смыслы. Эти смыслы могут объединять общество там, где на первый взгляд нет причин для единения, настраивать людей за и против власти, подпитывать протест или обеспечивать сохранение стабильности.

Снова представляем смыслы в алфавитном порядке:

ДЕФИЦИТ КАК НОВАЯ НОРМА

Почему это важно сейчас. Образ будущего, который создает для граждан федеральный центр, связан с развитием и победами, но не с изобилием. Власть переходит к управлению нехваткой ресурсов, а граждане – к простой экономии.

Динамика смысла. Острая проблема бензина после атак на НПЗ стала совершенно новым вызовом для власти и граждан. К концу октября федеральный центр проблему решил, по оценке профильного вице-премьера Александра Новака, она составляет всего 5%. Фактически это значит, что регионы все чаще снимают ограничения на продажу топлива, а очереди на заправках переходят в разряд плохих воспоминаний. Но таких позитивных изменений не очень много.

Если говорить о новом бюджете, то Минфин во главе с вице-премьером Антоном Силуановым рассчитывает, что дефицит казны в 2027–2029 годах составит «небольшие» 2% ВВП в год. Здесь стоит отметить, что в бюджете на 2026 был заложен дефицит в размере 1,6% ВВП (почти 3,8 трлн), но в сентябре он вырос почти до 5,2 трлн, или 2,2% ВВП.

Усугубляется и дефицит бюджетов регионов, ставший привычной нормой. До последнего времени власти утверждали, что это никак не влияет на социальную политику и обязательные выплаты, но совсем недавно Минтруда Приморского края сообщило о задержках некоторых выплат в рамках соцподдержки. «Региональный бюджет работает в условиях повышенной нагрузки, в том числе в связи с необходимостью решения общегосударственных задач, связанных с проведением специальной военной операции», – говорится в официальном сообщении ведомства в MAX.

Что касается поведения жителей, то говорить о переходе в режим экономии пока рано. СберИндекс в третьем квартале 2026 года зафиксировал падение потребительских расходов на 2,2%, а ВЦИОМ в сентябре выявил снижение потребительского доверия на 4% по сравнению с августом, а также рост числа негативных ответов на вопрос, хорошее ли сейчас время для крупных покупок. При этом Росстат косвенно подтвердил данные о том, что реальная инфляция выше официальной (5,04%), сообщив, что в январе–сентябре граждане потратили почти на 14% больше денег на тот же набор товаров и услуг, что за аналогичный период прошлого года».

Мнение эксперта и прогноз. Экономист Александр Дерюгин: «Вообще-то дефицит бюджета – не новая тема. Сейчас находимся на том уровне сбалансированности бюджетной системы, который не будет дальше ухудшаться значительно ухудшаться. Единственное, о чем можно сказать – это о том, что ситуация будет относительно долгосрочной в том смысле, что раньше время от времени дефицитные годы перемежались тучными годами, то сейчас эти тучные периоды уходят вправо.

Расходы в реальном выражении будут сокращаться, но если смотреть на средне- и долгосрочную перспективу, то в 2026–2027 годах дефицит будет максимальным, а дальше он будет постепенно снижаться из-за того, что регионы будут привыкать к этим условиям и пытаться выживать в соответствии с текущим уровнем доходов. Однако подчеркну: выполнение социальных обязательств является приоритетом бюджетной политики.

Потребительское поведение под условия дефицита, думаю, будет подстраиваться».

НАЛОГОВАЯ МОБИЛИЗАЦИЯ

Почему это важно сейчас. Государство ищет новые источники наполнения бюджета. В отличие от прежних кризисных сценариев, власть демонстративно отказывается нагружать этими проблемами бюджетников и малообеспеченные слои. Адресат нового фискального посыла – бизнес и состоятельные граждане. Формулируемая на разных уровнях мысль проста: новые роллс-ройсы (мерседесы и даже тойоты) купите потом, а сейчас надо стране помогать.

Динамика смысла. Начав с коснувшегося всех повышения НДС до 22% в начале года, к весне налоговая политика сместилась в сторону имущественного и корпоративного обложения: в мае ФНС разослала регионам рекомендации пересмотреть льготы для бизнеса и расширить перечень недвижимости, облагаемой налогом по кадастровой стоимости. В июле Госдума приняла закон о регулировании цифровых валют, а налоговики потребовали от владельцев криптовалют обязательного уведомления об открытии кошельков. А в сентябре сработал новый закон и ФНС массово разослала уведомления о налоге на доходы по вкладам за 2025 год – 13%, если размер начислений превысил 210 тысяч рублей, и 15%, если сумма таких доходов превысила 2,4 млн.

Также в сентябре Минфин внес в Думу закон о налоге в 30% для горно-металлургических компаний и в 20% – для золотодобытчиков на сверхприбыль, полученную в 2026 году. Доходы от этих поступлений уже заложены в бюджет на будущий год, и в ведомстве дали понять, что требования к крупному бизнесу вряд ли будут пересмотрены.

Мнение эксперта и прогноз. В этой части считаем необходимым предупредить читателя о разных взглядах «Клуба Регионов» и эксперта о том, что считать «налоговой мобилизацией». По мнению экономиста Никиты Кричевского, который комментирует этот блок, «налоговая мобилизация – это когда у тебя забирают 50% дохода». Он считает, что сейчас действия государства лучше характеризует термин «каток справедливости».

Мнение эксперта и прогноз. Экономист Никита Кричевский: «У золотодобытчиков и металлургов, действительно, была и есть сверхприбыль, потому что себестоимость осталась прежней, а экспортные цены выросли в два-три раза. Поэтому и вводится налог на сверхдоходы, так называемый Mindful Tax. Его несколько лет назад применяли к нефтяникам, и те заплатили как миленькие. И здесь будем то же самое.

В налоговой политике происходят принципиальные изменения. Следующие на очереди – закрытые паевые инвестиционные фонды, а это огромный серый сектор, где спрятано порядка 20 трлн рублей – полбюджета страны. Но самое интересное, что с ЗПИФов вообще не брали налоги, а сейчас аккуратно сказали, что нужно делиться. Но для того, чтобы богатым не было обидно, налог на пассивный доход от процентов по вкладам применяется и к простым людям.

В общем, оказывается, что справедливость имеет место и в налогообложении, хотя мы – простые смертные – можем быть с ней не согласны, когда дело касается нас лично. Но под каток справедливости попадут все, только кто-то чуть-чуть как мы с вами, а кто-то по полной программе. И это не конец».

НОВАЯ БЕЗ/ОПАСНОСТЬ

Почему это важно сейчас. Это логичное продолжение смысла «СВО для всех и каждого» из второго выпуска о том, как прилет украинских БПЛА повышал тревожность граждан и снижал рейтинги «Единой России» (которые, впрочем, снова выросли ближе к выборам). Аудитория, вынужденная отвечать или хотя бы приспосабливаться к угрозе воздушных атак, расширилась: к НПЗ и мирным жителям приграничья добавились крупные онлайн-магазины и ЦОДы. В опасности оказалась и цифровая Россия.

Динамика смысла. Одновременно с НПЗ, жилыми домами и промышленными объектами беспилотники стали атаковать логистические склады «Озон» и «Вайлдберрис». Это ставит вопросы о пересмотре подходов к ведению этого бизнеса, основной – стоит ли хранить все активы в одном месте и не пора ли перейти к распределительной экономике. Одновременно бизнес и страховщики всерьез включают воздушные атаки при расчете рисков.

Схожие проблемы приходится решать ответственным за обеспечение цифрового суверенитета после атаки на ЦОДы «Яндекса», «Сбера» и «ВКонтакте». Кто и в какой мере несет ответственность за сохранность цифровых данных, и не пора ли вывезти серверы за Урал и перенести глубоко под землю? На этом фоне растут ожидания об ужесточении требований к локализации данных и строительстве резервных ЦОДов в удаленных регионах. Пока же кабмин внес в Госдуму законопроект о налоговом вычете для компенсации расходов на закупку антидроновых систем и строительство защитных сооружений при условии их передачи государству. Кроме того, еще летом президент подписал указ, разрешающий передачу объектов во временное государственное управление, если их собственники не принимают необходимых мер защиты.

Мнение экспертов и прогноз
Военный политолог Александр Перенджиев: «Атаки на ЦОДы и логистические центры – это удар по привычному комфорту. Некоторые из нас отвыкли ходить в магазины – всё покупают онлайн или заказывают доставку, даже такси по телефону многие не знают, как вызвать. Неуютно становится, когда вся эта система перестает работать. Система безопасности потребителей здесь может строиться на том, чтобы вернуться к технологиям, которыми мы пользовались лет пять назад. Мы, например, привыкли везде расплачиваться картами или телефоном, но статистика уже показывает, что количество наличных расчетов растет.

Что касается государства, то оно в отношениях с бизнесом выработало четкие правила, которые могут показаться даже жесткими. Оно обязало бизнес защищать себя и не надеяться на государство, а если бизнес, особенно крупный, не желает это делать, тогда государство идет по пути внедрения внешнего управления на время, пока система безопасности не будет выстроена».

Председатель Совета ТПП РФ по развитию информационных технологий и цифровой экономики, директор ассоциации АПКИТ Николай Комлев: «Мне кажется, что эти атаки показали скорее устойчивость нашей цифровой инфраструктуры, нежели ее уязвимость. Относительно слабой стороной остается отсутствие мощностей по производству современных процессоров. В какой-то мере откликом на понимание и преодоление этой уязвимости стало создание «Объединенной микроэлектронной компании». Хотя этого, конечно, мало. Цифровой суверенитет без современной микроэлектроники остается уязвимым.

Что касается отношений государства и бизнеса в новых условиях, то баланс определяется внешними угрозами (военными, санкционными) и внутренним экономическим курсом. Массовые атаки БПЛА, собственно, и стали поводом для появления 604 Указа по обеспечению безопасности объектов инфраструктуры. Бизнес понимает, что в текущих обстоятельствах нужно помочь государству. Вопросы у бизнеса скорее к тому, как это сделать. Например, у нас в АПКИТ компании предлагают помочь с подбором площадок под заглубленные ЦОДы, помочь с поставкой оборудования (например, отечественных суперкомпьютеров с водяным охлаждением) для таких ЦОДов, помочь работой интеграторов. Были предложения по снижению требований к хранению персональных данных для размещения резервных мощностей в дружественных странах. Но здесь не хватает нормативных документов и диалога с государством. У нас есть опыт взаимодействия с Минцифры в формате оперштаба, но необходимо участие в таких обсуждениях и других ведомств».


НОВАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ

Почему это важно сейчас. Власть уже несколько лет находится в поисках новой национальной идентичности, но сегодня принципиальный сдвиг в том, что государство больше не пытается уловить и зафиксировать ценности, вырабатываемые обществом, а само предлагает их ему. И это предложение, от которого невозможно отказаться. Государство исходит из того, что многонациональное общество можно сплотить только через общие ценности. От гражданина требуется лишь превратить эти ценности в свои собственные. Социальная архитектура становится инструментальным способом их ретрансляции.

Динамика смысла. Пентабазис, представленный еще в 2022 году, формирует реальность. Для каждого уровня (человек/ семья/ общество/ государство/ страна) задана ценностная доминанта (созидание/ традиции/ согласие/ доверие к институтам/ патриотизм). Модель пентабазиса появилась в 2022 году как результат групповых дискуссий в экспертной и студенческой среде. На тот момент это была своего рода аналитическая рамка, но за четыре года пентабазис стал нормативной программой: летом 2026 года Министерство науки и высшего образования официально утвердило дисциплину «Основы российской государственности» обязательной для изучения во всех вузах; а в Минобразования РФ осенью анонсировали введение с 2027 года в школах дисциплины «Духовно-нравственная культура России», в основу которой лег курс «ДНК России».

Мнение эксперта и прогноз. Политолог, философ Вячеслав Данилов: «Государство взяло на себя функцию воспитателя, о чем его просили с 90-х, оно решило навести порядок в вопросах гражданского самосознания. И в данном случае его усилия направлены не на всех, а на молодое поколение – школьников и студентов, поэтому надо подождать лет 15, прежде чем мы увидим какой-то результат. Году к 2040, если развитие страны будет идти линейно и без потрясений, мы сможем более-менее оценить результат этого творчества.

При этом исходно пентабазис возник в 2017 году, накануне президентских выборов, в ходе масштабного опроса ВЦИОМ, который выяснил у населения, что оно, собственно, хочет от власти. В форме этого вопроса интересно само представление нынешней администрации о государстве как об аппарате, сервисе по удовлетворению потребностей. Тогда этих потребностей было четыре: забота, защита, гордость и развитие. Эта четверка хорошо показала себя на выборах президента, вся кампания была расшита по вскрытию, деконструкции и возвращению обратно этих четырех линий населению, понятому уже как электорат.

Ну а дальше схема из четырех элементов претерпела трансформацию в сознании политического руководства страны и на каком-то этапе превратилась в пентабазис. И я могу сказать, что публика воспринимает пентабазис без отторжения и скепсиса, а с интересом, спокойствием и даже благодушием».


ПОСТ-АНКОРИДЖ

Почему это важно сейчас. Для россиян, уставших от тревожных новостей о беспилотных атаках, октябрь принес и хорошие новости о возобновлении переговорного процесса сразу в нескольких направлениях, а вместе с ними и необходимую надежду на изменения к лучшему, ведь все последние месяцы социологи фиксировали рост тревожности в обществе. Выборы в Госдуму стали победой президента, партии власти и их сторонников, но не принесли столь необходимой эмоциональной разрядки. Зато это могут сделать переговоры.

Динамика смысла. Дух встречи на Аляске, по официальным оценкам представителей администрации президента и МИД РФ, к сентябрю выветрился окончательно, что привнесло в избирательную кампанию парламентских партий настроения радикального патриотизма и сплочения вокруг основных российских ценностей внутри осажденной крепости. Однако во второй половине октября наступила, кажется, новая эра позитивных переговоров, причем не только России и США. Дональд Трамп отменяет санкции ради поставок российского дизеля, с новой силой давит на Владимира Зеленского, требуя если не сдаться, то остановиться; Владимир Путин принимает в Петербурге спецпосланника американского президента Стивена Уиткоффа; и впервые за время СВО более полутора часов говорит по телефону с президентом Финляндии и премьер-министром Норвегии, обсуждая в том числе перспективы трехсторонней встречи России, Украины и еще одной страны-посредника. Президент России формирует коалицию.

Мнение эксперта и прогноз. Политконсультант, член ОП РФ Станислав Корякин: «Я бы назвал происходящее не «Пост-Анкориджем» и не «Анкориджем 2.0». Если использовать другую парадигму, то можно провести параллели с метамодерном. Напомню, на смену модерну, который отличала вера в лучшее и какие-то идеалы, пришел постмодерн, который над этим цинично иронизировал. Метамодерн – это как раз колебание между этими двумя полюсами. Отношения России и США я бы охарактеризовал именно этим словом: мы колеблемся между верой в потепление наших отношений [с США] и циничным отрицанием этого потепления. Как только Трамп совершает какие-то позитивные действия в сторону России – он хороший парень. Но как только он делает что-то не то, пусть даже и не в нашу сторону, а в сторону Ирана или Венесуэлы, то отношение меняется на противоположное. Хотя сейчас мы находимся в периоде, когда пасов в сторону России происходит больше, но нужно при этом и учитывать, что США – это многосекторная конструкция, и там не может быть единого отношения к нашей стране, поэтому любой желающий может увидеть тот сигнал, который кажется ему подходящим.

Если говорить о влиянии всего этого на наши ожидания мира и разрешения конфликта, то после огромного количества этих метамодернистских колебаний у российского общества наступило привыкание, даже смирение с происходящим. Российские граждане уже почти не реагируют на раздражитель по имени Трамп.

Другое дело, что это не значит, что у людей нет запроса на прекращение конфликта. Данные социологии говорят, что он есть. Но о зависимости в сознании людей между прекращением конфликта и взаимоотношениями США и России я бы не говорил».


СТАБИЛЬНОСТЬ

Почему это важно сейчас. По мнению редакции «Клуба Регионов» и не только, это главный смысл 2026 года. Итоги думских выборов стали очередным доказательством объединения общества вокруг президента Владимира Путина и правящей партии. Объединение вокруг флага сохраняется, а Запад, несмотря на все усилия, не смог расколоть российское общество – таков основной внутриполитический посыл системы всем внутри страны, в том числе и себе самой. Внешний посыл – российская власть сверхлегитимна.

Динамика смысла. ЕР за месяц до голосования начала уверенно наращивать просевший рейтинг и получила в итоге 349 мандатов, установив собственный рекорд вслед за Владимиром Путиным в 2024 году. При этом состав Госдумы обновился лишь на 43%, а это наименьший показатель за всю историю проведения парламентских выборов. Символично и переизбрание Вячеслава Володина спикером в третий раз – тоже, кстати, рекордный результат. Включение в состав Думы новых депутатов в лице ветеранов СВО (всего 49 человек, 41 из которых входит во фракцию ЕР) тоже работает не на обновление, а скорее на стабилизацию всех действующих рамок и трендов – представители «новой элиты», которые еще недавно защищали Родину и выполняли волю главнокомандующего на поле боя, должны стать одними из главных союзников президента на Охотном Ряду.

Стабильность – это и сохранение в Госдуме пяти партий, несмотря на изначально довольно слабые позиции «Справедливой России».
Даже произошедшие в октябре перестановки в правительстве РФ не привнесли изменений – немногочисленные отставки и повышения выглядят как рутинные решения, а не антикризис или наказание проштрафившихся чиновников. Даже переход губернатора Олега Кожемяко на двойную должность вице-премьера и главы дальневосточного полпредства выглядит как неизбежность – ну, кто еще, если не человек, последовательно возглавлявший в ДФО целых четыре региона? Кейс Кожемяко оказался пока и единственным примером ротации главы региона за всю осень (всего же в 2026 году Кремль заменил четверых губернаторов, столь скромные цифры мы наблюдали лишь в 2006 и 2023 годах). Президент ясно дает понять – он доверяет всем, с кем он уже работает.

Мнение эксперта и прогноз. Политолог Виталий Иванов: «Учитывая всё происходящее – СВО, атаки, экономические пертурбации, – стабильность подвергается очень серьезным испытаниям. В этих условиях задача властей в целом и отдельно взятых политических администраторов – всеми силами сдерживать энтропию. Стабильность – это цель, задача, которую нужно решать каждодневно, преодолевая сопротивление материала. Конечно, в первую очередь это нужно власти, потому что народ в принципе несубъектен, а власть на то и власть, чтобы поддерживать статус-кво. Этим она отличается от революционеров, бунтовщиков, террористов, которые хотят статус-кво уничтожить.

Если говорить о перестановках в правительстве, то еще не вечер, будут и другие решения, но серьезными я бы их не назвал. До победы никаких принципиальных изменений не будет. Думаю, правильнее будет сказать, что люди пользуются доверием президента – и потому они работают.
Главная история про стабильность и ее удержание – это история про Украину, которая, спровоцировав топливный кризис, пыталась испортить выборы в Государственную думу. Но они ошиблись, за пару месяцев мы этот кризис переварили, наша способность к адаптации оказалась значительной, поэтому к выборам ситуация была полностью управляемой.

Угрозы для стабильности еще могут возникнуть, но сейчас я не хочу о них говорить, потому что это тот случай, когда болтать – врагу помогать».