Формально ситуация на российском рынке труда выглядит устойчивой: безработица близка к историческим минимумам (2,2% по данным Росстата за август 2026 года), а дефицит кадров по-прежнему ощущается.
Между тем FineExpertiza фиксирует «трудовую заморозку» – аномально низкое кадровое движение во II квартале 2026 года. При общем тренде на снижение и найма, и увольнений, компании тем не менее наняли примерно на 250 тысяч сотрудников меньше, чем потеряли. При этом лишь 1,6% увольнений пришлись на сокращения штата. Официальной волны сокращений пока нет, но работодатели экономят через сокращение рабочего времени и неоплачиваемые отпуска, а сотрудники боятся менять работу в «охлаждающемся» рынке.
Такая «заморозка» распределена по стране крайне неравномерно. Наибольший перевес увольнений над наймом зафиксирован в Брянской (на 42,9% больше уволенных, чем нанятых), Архангельской (36,5%) и Орловской областях (36,1%, или 2,8 тыс. человек в абсолютном выражении). В Мурманской области число уволенных превысило число трудоустроенных на 12% (15,1 тыс. против 13,5 тыс. человек), хотя и найм, и увольнения год к году сократились. Обратная картина – лишь в восьми субъектах РФ, где найм превысил увольнения: Чукотка, Камчатский край, Якутия, Татарстан, Чечня, а также Ленинградская, Амурская и Магаданская области. Показательно, что даже в этих «благополучных» по балансу найма регионах речь идет не о росте, а о менее глубоком спаде движения кадров.
Еще один момент – неоднородность рынка. По данным сервиса аналитики hh.ru («Краткий обзор рынка труда», октябрь 2026), hh.индекс вырос до 9,0 (9 резюме на одну вакансию): число активных вакансий снизилось на 11% г/г, число активных резюме – выросло на 9% г/г. За этой «средней температурой» скрывается разрыв: в управленческих и смежных сферах конкуренция многократно выше (в отдельных сегментах индекс доходит до 54), тогда как в рознице он составляет 2,4, на производстве – 4,6, в строительстве – 5,8. Здесь по-прежнему сохраняется дефицит, в том числе среди продавцов, электриков, поваров и врачей.
На этом фоне появляются осторожные прогнозы на 2027 год: президент РСПП Александр Шохин не исключил, что компании откажутся от практики сокращенной рабочей недели и перейдут к прямым увольнениям. Многие предприятия до этого сохраняли штат, переводя сотрудников на трех- и четырехдневку в ожидании восстановления экономики, однако при неблагоприятном прогнозе удерживать персонал остается лишь по социальным, а не экономическим соображениям. Риски Шохин связал с высокой ключевой ставкой, снижения которой не стоит ждать как минимум до февраля 2027 года: сочетание жесткой денежно-кредитной политики, налоговой нагрузки и сокращения бюджетного импульса может приблизить рост экономики к нулю, а безработицу – к росту. Для крупнейших градообразующих предприятий он предложил меры поддержки – отсрочки и рассрочки по налоговым платежам и индивидуальные графики погашения.
Через призму данных FineExpertiza прогноз на 2027 год – «разморозка» через сокращения – выглядит наиболее вероятным. Если она произойдет, несоответствие на рынке труда из скрытого станет открытым. Увольнения затронут в первую очередь кредитозависимые отрасли и административные функции, но высвобожденные работники не закроют автоматически дефицит в производстве, ЖКХ, сельском хозяйстве или медицине – их квалификация не совпадает с требуемой. Вакансии в дефицитных сегментах останутся незакрытыми, а на рынок выйдет поток людей, которым нужна переподготовка, а не просто новое место. Безработица вырастет очагово – по регионам и отраслям. Краткосрочно это болезненно, но именно разморозка создаст стимул вкладываться в переобучение и мобильность: компании и государство вынуждены реагировать, а не консервировать диспропорцию.
При этом другая часть данных рисует более спокойную картину. В опросе Банка России 72% предприятий сообщили, что не планируют менять численность работников в 2027 году по сравнению с 2026 годом (доклад ЦБ). Речь идет именно о сохранении текущего штата, хотя отдельные компании и регионы действительно сокращают персонал. Это второй вариант прогноза. Если при таких условиях «разморозки» не случится, несоответствие законсервируется и продолжит накапливаться в скрытой форме. Формально безработица останется низкой, но за фасадом сохранятся сокращенное время, неоплачиваемые отпуска, падение реальных доходов и низкая мобильность. Дефицит в критических сегментах не исчезнет, демографическая «яма» продолжит углубляться: по оценкам Минтруда, до 2032 года экономике потребуется заместить около 11,7 млн работников, выходящих на пенсию. Компании не будут вкладываться в переобучение, поскольку держат штат «на всякий случай». Парадокс на рынке труда, когда вакансии есть, люди есть, а общего рынка нет – станет устойчивой нормой. Это менее болезненный сегодня, но более дорогой в перспективе путь: экономика будет платить за него замедлением роста и накоплением структурных диспропорций.
Закончится ли «трудовая заморозка»? Сценарии для рынка труда в 2027 году
19 ноября 2026
